Память храним:
Голосование:
 

Опрос

Ищите ли вы кого-то?

Да
Нет
Мне некого искать
Уже нашел

 
 
Видео:
Фотоматериалы
Реклама:
Реклама:
Яндекс цитирования Rambler's Top100

Любые человеческие ошибки

Любые человеческие ошибкиЗдесь можно в основном согласиться с Р. Иринарховым, который писал следующее: «Огромным просчетом наших военных теоретиков и Генерального штаба, в значительной степени повлиявшим на ход сражений, являлось то, что, по их предположениям, вероятный противник (Германия) первоначально предпримет вторжение на территорию СССР только частью своих сил. Начнутся приграничные сражения, под прикрытием которых и произойдет полное отмобилизование и развертывание основных сил Красной Армии». И далее он столь же справедливо обращает внимание на то, что в результате просчетов в определении дислокации войск «...

основные силы соединений армий прикрытия, находившиеся на некотором удалении от госграницы, уже заранее обрекались на вступление в бой в процессе своего выдвижения на не подготовленных для этого участках обороны».

Конечно, «после драки кулаками махать» легче, и автор этих строк не считает себя умнее наших военных и политических руководителей того времени. В любом сложном деле ошибки и упущения неизбежны, но даже и после происшедших событий вскрыть их в силу различных причин не так уж и просто.

А понять эти ошибки мы обязаны, чтобы знать правду о своей истории и не повторить их больше в том или ином виде. Любые человеческие ошибки, просчеты, упущения являются по своему характеру субъективными явлениями.

Однако они во многом определили объективное преимущество Германии и ее союзников в начале войны: во-первых, в силе развернутых против нашей страны войск и в меньшей мере всех войск, во-вторых, внезапности их первого мощного удара но нашей обороне. Они также обусловили недостаточную общую готовность к войне обороны страны и боеготовность советских войск.

Вместе с тем очевидно, что в числе иных причин указанных слагаемых объективного немецко-фашистского превосходства в начале войны были и вполне объективные обстоятельства, такие, как гораздо большие ресурсные возможности блока фашистских государств с учетом использования ими потенциала оккупированных стран, сложившееся в течение столетий преимущество Германии и большинства европейских стран в научно-техническом и экономическом развитии и создании инфраструктуры, а также более ранее вовлечение Германии в полномасштабные военные столкновения, обусловившее ее опережение в мобилизации, укомплектованности войсковых частей и соединений и более раннем развертывании и сосредоточении для военных действий своих войск.

Как уже отмечалось, объективные факторы неудач Красной Армии в целом имели приоритетное значение. Начальник германского Генштаба сухопутных войск (ОКХ) Ф. Гальдер так описывал в своем дневнике первые результаты внезапности немецкого нападения: «Пограничные мосты через Буг и другие реки всюду захвачены нашими войсками без боя и в полной сохранности.

О полной неожиданности нашего наступления для противника свидетельствует тот факт, что части были захвачены врасплох в казарменном расположении, самолеты стояли на аэродромах, покрытые брезентом, а передовые части, внезапно атакованные нашими войсками, запрашивали командование о том, что им делать.

Можно ожидать еще большего влияния элемента внезапности на дальнейший ход событий в результате быстрого продвижения наших подвижных частей, для чего в настоящее время всюду есть полная возможность».

Необъятные территории

Необъятные территорииНемцы «завязли» на нашей необъятной территории, а к войне на взаимное истребление и истощение они не были достаточно готовы: ведь их любимый фюрер всегда добивался и обещал им легких и быстрых побед. Не очень хотели умирать за Великую Германию и народы многочисленных ее союзников, ибо их правительства выступали скорее в роли гиен или шакалов, устремившихся к легкой добыче, чем «братьев по крови» «арийских хищников». А разве не должны были воспользоваться закономерно возникающей как следствие этого краха гитлеровского плана ситуацией истощения ресурсов Германии и развала нацистско-фашистского блока Великобритания и США, тем более что чудовищный нацистский режим не пользовался, разумеется, большой симпатией у большинства влиятельных сил этих стран?

Поэтому Достигнутая Красной Армией, Советским государством и нашим Народом цель выстоять в 1941 году под натиском превосходящих сил врага давала им большие шансы на общую победу в войне, не смотря на все существенные первоначальные поражения в ней. Почему же Красная Армия и СССР смогли выстоять в столь нелегкой ситуации 1941 года? В поисках ответа на этот вопрос можно найти множество факторов их прочности, как вполне объективных, так и субъективных.

Игнорирование реальных политических ориентации

Игнорирование реальных политических ориентацииТанковый и авиационный перекос в оценке сил и средств сторон, причем чаще всего состоящий в явном увлечении количественной стороной этого фактора, в то время как танки или самолеты, хотя и имели огромное значение в войне, сами по себе в отдельности исхода основных сражений не предрешали, не говоря уже о том, что часто сами данные о количестве танков, самолетов сильно преувеличивались или преуменьшались, как и их отдельные боевые и технические характеристики; кроме того, техника не появляется случайно, однажды, как но мановению волшебной палочки, а создается людьми и ими же эксплуатируется, то есть кадровый потенциал, а также уровень научно-технического развития и объем реально освоенных ресурсов в стране в любом случае важнее, чем число танков или самолетов, оказавшихся в большем количестве у какой-либо из сторон в тот или иной период длительной крупномасштабной войны; Недооценка огромного значения в войсках противоборствовавших сторон грузовых, специальных и других видов автомашин, различных видов бронетранспортеров, бронемашин, мотоциклов, разнообразных моделей стрелкового оружия, особенно пулеметов и автоматов (пистолетов-пулеметов), средств связи, приборов и иных видов технического и материального оснащения вооруженных сил; Вера в особые качества, достоинства либо недостатки немецкого или советского либо русского народов, за счет которые СССР или Германия в основном только и могли успению воевать или, наоборот, терпели поражения; Восприятие нашей огромной территории как безусловного преимущества перед Германией, хотя это обстоятельство имело и отрицательную сторону, а в первые недели войны и вовсе играло Для СССР в основном негативную роль, вследствие, например, слишком больших расстояний для проведения мобилизационных мероприятий, переброски войск, снабжения армии и т. д.; Переоценка сил сопротивления, действовавших в Германии и в других европейских странах, которые были се союзниками в начале войны или были оккупированы ею; Оценка политики некоторых стран в предвоенное и военное время, особенно Великобритании, США и Франции, как вполне миролюбивой и честной, хотя каждая из этих, как и в той или иной мере всех других стран, преследовала прежде всего цели защиты своих национальных интересов, особенно интересов и идеологических целей собственных господствующих классов (элит). Характерным в этом отношении является признание британского историка Ч. Б. Фуллера в традиционном стремлении своей страны в проведении политики поощрения соперничества ведущих континентальных держав Европы: «Врагом становилось не самое плохое государство, а то, которое больше, чем остальные, угрожало Британии или се империи. Так как такое государство обычно было сильнейшим из числа континентальных держав, британские государственные деятели в мирное время были на стороне второго но силе государства или группы государств, коалиция которых только слегка уступала сильнейшему государству».

Конечно, для каждого из явно заблуждающихся авторов набор характерных ошибок может быть своим, специфическим, что зависит от их идеологических убеждений, политических предпочтений, степени образованности и эрудированности, а также личных пристрастий.

Однако независимо от этих обстоятельств авторы даже с противоположными идейно-политическими позициями часто резко уклоняются в сторону своих идей из-за одних и тех же типичных исследовательских ошибок или доказывают свои крайние взгляды при помощи одних и тех же уловок. А субъективный уклон характерен вообще для большинства авторов трудов об этой войне,

Советские войска в западных военных округах в 1941 году

Советские войска в западных военных округах в 1941 годуСоветские войска в западных военных округах в 1941 году к моменту нападения на СССР Германии и ее союзников имели «разобранное» состояние, то есть были далеки до полного укомплектования командирами, специалистами и другими военнослужащими, всеми необходимыми видами боевой и иной техники, оружия, боеприпасов и других средств, не имели в достаточном количестве большинства элементов инфраструктуры (транспорта, дорог, связи, складов, аэродромов и (других сооружений и т. д.). Поэтому переброска туда войск и их развертывание до способности ведения полномасштабной войны с сопоставимым по силам противником в короткий промежуток времени (по крайней мере, в течение нескольких месяцев в условиях мирного времени) без объявления мобилизации были невозможны. При этом мобилизация до нападения Германии не объявлялась и не проводилась.

Более того, при всей се важности она не могла бы помочь преодолеть все структурные перекосы вооруженных сил СССР, находившихся тогда в стадии реорганизации. Не помогла бы она и преодолеть значительное техническое отставание Красной Армии от вермахта, как и восполнить недостаток ресурсов для ведения полномасштабной войны.

Для этого при тех сложившихся обстоятельствах требовались годы опережающего научно-технического, экономического и социально-демографического развития страны, а также изменение в лучшую сторону внешнеполитической ситуации. СССР готовился к возможному нападению Германии и ее союзников в основном скрытно, а значит, медленно, не объявляя мобилизации, не осуществляя, крупномасштабных перебросок войск к своим западным границам, боясь спровоцировать Германию.

Это служит явным подтверждением того, что советское руководство не хотело вступать/ с ней в войну, во всяком случае летом 1941 года, иначе приготовительные оборонные мероприятия в стране проводились бы гораздо более активно, а потому и неизбежно более открыто, СССР во второй половине 1940 года и в первой половине 1941 года неоднократно тел на уступки Германии, например, не реагируя должным образом на такие неблагоприятные для нашей страны ее действия, как военная агрессия против Югославии, политическое сближение этой державы с Турцией, игнорирование с се стороны ряда мирных инициатив советского руководства, многочисленные случаи нарушения наших западных границ.

Эти решения советских руководителей подтверждали их нежелание обострения отношений с Германией, что могло бы спровоцировать с ней войну. В мае - июне 1941 года, то есть непосредственно перед началом войны, высшие руководители СССР и его вооруженных сил в связи с получением данных о военных приготовлениях Германии отдавали в войска неоднократные распоряжения и указания о недопущении каких-либо провокаций на границе с ней и осторожного реагирования на возможные провокации с германской стороны, что отражено в различных многочисленных документах и воспоминаниях многих важнейших участников рассматриваемых событий.

И это тоже свидетельствовало о их явном нежелании вступать в войну с Германией и неготовности к ней. Если бы советское руководство готовилось к нападению, оно, напротив, искало бы такие провокации, чтобы иметь оправдательный повод к началу войны.

Однако самыми главными и неопровержимыми доказательствами отсутствия приготовления СССР к агрессивной войне против Германии и се союзников являются хорошо известные происшедшие события начавшейся войны. не СССР напал на Германию, а, наоборот, Германия и се союзники напали на СССР, причем вероломно, не спровоцировано, хорошо изготовившись перед этим, застигнув советские войска врасплох, после чего быстро нанесли им целый ряд крупных поражений.

При этом наши войска в течение нескольких месяцев после начала войны были не в состоянии на равных сражаться с врагом, а следовательно, они были к ней подготовлены явно хуже его. Почти столь же важным и неопровержимым доказательством этого следует признать и отсутствие необходимого комплекса официальных документов о подготовке СССР к нападению на Германию.

Более того, нет вообще ни одного военного или политического документа, в котором были бы отражены шины СССР, даже самые общие и отдаленные, о его совершении, не говоря уже о конкретных приготовлениях к нему Между тем без существования таких документов невозможно было осуществлять необходимую подготовку к нападению па столь сильного противника, которая, разумеется, требует много времени, усилий и большого числа конкретных распоряжений и дел многих должностных лиц, а также вовлечения в этот процесс огромного числа людей.

Победа своей родины

Победа своей родиныВроде бы ничего страшного в подобных писаниях разбитых немецких генералов нет: пусть утешаются, ведь, наверное, очень горько и унизительно было испытать тот ужас разгрома, который произошел с ними в 1945 году.